Что должен сделать адвокат по ст. 228 УК РФ? Наша практика защиты.

Обвиняют по «наркотической» статье 228  УК РФ?  — случай из нашей адвокатской  практики.

Уголовное законодательство РФ, закон «об оперативно-розыскной деятельности», постановления пленумов Верховного Суда РФ запрещают сотрудникам полиции подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершении противоправных действий. При провокации сбыта наркотиков уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием состава преступления.       

Но так ли легко на практике, защищая клиента по данной категории дел, доказать что имела место провокация сбыта наркотических веществ? 

Как практикующий адвокат по данной категории дел могу ответить, что это сделать непросто, но при грамотно выстроенной защите, планомерной и своевременной реализации правовой позиции это сделать возможно.  

  Хочу привести пример из моей практики, где в ходе осуществления защиты по уголовному делу о сбыте наркотиков, удалось добиться изменения меры пресечения моей подзащитной с заключения под стражу на подписку о невыезде , а впоследствии доказать на стадии предварительного следствия, что имела место провокация сбыта наркотических веществ и, в результате, уголовное дело так и не было направлено в суд обвинительным заключением. Причем, хочу отметить, что подзащитная была ранее привлекавшаяся к уголовной ответственности гражданка, с непогашенной судимостью. 

Начиналось все банально, была задержана ранее судимая гражданка за сбыт запрещенного вещества, в ходе проведения ОРМ — «Проверочная закупка». Закупщиком выступил так же ранее судимый гражданин, который до этого якобы обратился в районное ОМВД (отдел полиции) с целью добровольно изобличить указанную гражданку, с его слов, систематически сбывавшую наркотики, и способствовать ее задержанию оперативными сотрудниками. При этом в своем заявлении он указал, что он следует высоким моральным побуждениям, так как считает, что наркотики являются абсолютным злом и их распространители должны сидеть в тюрьме и он желает этому способствовать. 

Сразу после задержания, мама девушки обратилась в МКА «Легис-Групп» и заключила с мной соглашение о защите ее дочери на стадии предварительного расследования.

Я приехал в ОМВД и перед следственными действиями успел пообщаться с подзащитной. В ходе беседы я установил очень важные обстоятельства, которые впоследствии и были положены в основание нашего успеха по уголовному делу. Оказалось, что закупщик был давно знаком с обвиняемой, был ее приятелем и кроме того соседом. Более того подзащитная мне пояснила, что они регулярно совместно употребляли запрещенные вещества. Так же она мне сообщила, что сбытом никогда не занималась и продала ему наркотик , так как он ее очень сильно попросил, поясняя, что ему срочно необходимо наркотическое вещество. Я решил аккуратно прощупать на очной ставке закупщика, задав ему вопросы по поводу знакомства с обвиняемой и мотивов его содействия сотрудникам полиции. В своих ответах он подтвердил, что давно знаком с моей подзащитной и они находились в приятельских отношениях, являясь соседями по лестничной клетке.

По поводу мотива, он на очной ставки пояснил, что изобличил мою подзащитную, так как она сильно поругалась с его сестрой на бытовой почве, оскорбила ее и он таким образом ей отомстил. Мне стало очевидно, что имела место провокация со стороны закупщика и оперативных сотрудников и я решил по подробней изучить личность закупщика. Мне удалось установить, что он был хорошо известен оперативным сотрудникам указанного ОМВД, они его ранее задерживали за преступления в сфере наркотиков и в тот момент на него так же было возбуждено уголовное дело по ст. 228 УК РФ. Отсюда стало понятно, что оперативные сотрудники могли, таким образом, манипулировать закупщиком и склонять его к сотрудничеству. Проанализировав ситуацию и обсудив ее с подзащитной и ее матерью, я принял решения не предпринимать пока активных действий (опрос, заявление ходатайств и жалоб) чтобы не дать следствию шанс в самом начале дела подправить все изъяны и подкорректировать показания повторными следственными действиями и допросами оперативных сотрудников в нужном ракурсе. 

В ходе избрания в суде меры пресечения в виде заключения под стражу, я заявил в судебном процессе, что моя подзащитная сбытом не занималась, закупщик был ранее ей хорошо знаком, они находились в приятельских отношениях, и он фактически воспользовался доверительными отношениями с моей подзащитной, чем совершил провокацию сбыта наркотиков. Суд, ожидаемо, не принял к сведению мои доводы и избрал обвиняемой меру  пресечения в виде заключения под стражу. 

Далее события приобрели неожиданный оборот, неприятный, на первый взгляд, для моих доверителей, но как выяснилось позже способствующий благоприятному исходу.  Как оказалась моя подзащитная страдала психическим расстройством, в СИЗО ей стало плохо и она вошла в «реактивное» состояние. Она была переведена в психиатрическое отделение СИЗО№2 «Бутырка», где ей впоследствии была проведена комплексная психиатрическая экспертиза. 

В этот момент я попал под жесткий «пресс» и критику мамы моей подзащитной, она требовала опроса закупщика, заявлений ходатайств и жалоб, так как имела место провокация и теперь ее дочь «загибается» в следственном изоляторе. Я ей пояснял, что сейчас, по горячим следам, только после избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, всего чего мы добьемся это «чистки» уголовного дела, в соответсвии с нашими жалобами и на выходе мы получим одни отказы и отсутствие результата. Необходимо немного подождать и выбрать удобный, нужный момент для «атаки». Как показало дальнейшее развитие событий, я был прав. 

Заключение психиатрической судебной экспертизы установило наличие у моей подзащитной психического расстройства, которое находилось в активной фазе, в связи с чем дать ответы на поставленные вопросы следователем невозможно. Так же эксперты рекомендовали применение принудительных мер медицинского характера к моей подзащитной и назначение повторной экспертизы только после ее лечения.   

Таким образом, суд отправил мою подзащитную на принудительное лечение, отменив ей меру пресечения в виде заключения под стражу.  Подзащитная отправилась лечиться, следователь дело приостановил в связи болезнью обвиняемой и уволился из органов. Для меня стало очевидно, что это как раз тот момент, когда необходимо переходить к активным действиям, так как дело выпало из «фокуса» следователей и оперативных работников, оно приостановлено, мера пресечения отменена. 

Я опросил закупщика, оформив его показания протоколом опроса адвокатом свидетеля. Закупщик, остывший по прошествии времени, и ничего не опасавшийся, показал, что был в приятельских отношениях с подзащитной, что участвовал в проверочной закупке, так как его попросили оперативные сотрудники, которые его хорошо знали и обещали добиться для него условного наказания по уголовному делу, которое на тот момент расследовалось в ОМВД. Кроме того он сообщил, что ранее моя подзащитная сбытом не занималась и он уговорил ее продать ему наркотик. 

Я заявил ходатайство о повторном допросе закупщика, с приложением протокола его опроса. Расследованием занялся другой молодой следователь, который, не сильно вдаваясь в суть дела, удовлетворил мое ходатайство и допросил повторно закупщика. Со следователем он (закупщик) кончено был не так откровенен и про оперативных сотрудников, об их роли в провокации подробно не сообщал, ограничившись общими фразами, но в целом подтвердил информацию данную мне в ходе опроса и прямо противоречащую его первым показаниям. В общем, из повторного допроса однозначно следовало, что имела место провокация сбыта наркотических веществ в отношении моей подзащитной. 

Тем временем подзащитная, прошла курс принудительного лечения, ей была избрана, на этот раз, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, проведена повторная психиатрическая экспертиза, предъявлено обвинение в окончательной редакции по сбыту наркотиков и мы были ознакомлены с материалами уголовного дела. Как оказалось, противоречия между допросами закупщика никаким образом устранены следователем не были, он лишь допросил оперативных сотрудников, которые как под копирку показали, что никакой провокации не было, а было проведено оперативное мероприятие — контрольная закупка, в полном соответствии с законом. 

После ознакомления с материалами уголовного дела я заявил ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении моей подзащитной, так как в отношении нее была совершена провокация сбыта наркотических веществ и это установлено материалами уголовного дела.

Следователь отказал мне в указанном ходатайстве, составил обвинительное заключение и направил дело надзирающему прокурору на утверждение. Однако прокурор не согласился с решением следователя, обвинительное заключение не утвердил и вернул дело для дополнительного расследования. 

Впоследствии дело в суд так направлено и не было, так как прокуратура отказалась утверждать обвинительное заключение, фактически согласившись с позицией защиты, что имело место — провокация сбыта наркотических веществ.

Адвокат Раташнюк Д.В.  

Если в отношении вас возбуждено уголовное дело по ст. 228 УК РФ — звоните, мы реально поможем!

Также почитайте Как проводится проверочная закупка наркотиков?